[indent]Натаниэль из Веденбрука как это бывало и прежде, ехал на своём гнедом жеребце, размышляя о смысле жизни. Он мог бы делать это тихо, рассказывая самому себе о грудастых девицах столицы, одна из которых всенепременно однажды станет его женой, но по какой-то неизвестной причине, Леанвэн вынуждена была стать слушателем его ворчания. А ворчал наёмник из-за того, что приглянувшаяся ему в Экхарде подавальщица эля, оказалась замужней дамой и теперь под глазом мужчины красовался постепенно светлеющий фингал. Леа даже не стала помогать, она считала, что Натаниэль полностью это заслужил. «Так тебе и надо, пройдоха!» — сказала она ему тогда, допивая остатки эля в кружке.

[indent]С того момента прошло четыре дня. Они ехали не спеша на двух лошадях. В кое-то веке, эльфийка решила, что может позволить себе смирную кобылу. Выбирать лошадь помогал Натаниэль. Наёмник настаивал на хорошей гнедой кобыле шестилетке, но Айрилет давно не сидела верхом и не видела смысла в приобретении резвого «попутчика», только по этой причине, скрипя зубами, Натан посоветовал присмотреться к гнедой в яблоках пятнадцатилетней кобыле. Продавал её фермер, сказал, что не подходит для работ в полях, а его сын погиб в последней войне против северян и теперь кобылу некуда пристроить. Он ещё страшно ругался, что эта дура выжила, а сын нет.

[indent]«Тьфу на эту бестолочь. А знаете как он её назвал??? Подкрадуля! Немыслимо!» — всплыли воспоминания в голове Леанвэн. А ведь та самая «Подкрадуля» спокойно выполняла любые команды и всем своим видом давала понять, что её абсолютно не интересуют разговоры о ней, главное, чтобы вовремя кормили. И то, за всё то время, что они ехали, кобылка умудрялась держать темп даже тогда, когда ретивый конь Натаниэля по кличке «Шустрый», умудрялся запыхаться на прямом пробеге.

[indent]— Ты ворчишь, как старая бабка, — улыбнулась эльфийка, толкнув Натаниэля в бок локтём, когда они поравнялись, — будешь продолжать в том же духе, от тебя все девицы разбегуться!

[indent]— О, милая Леа, они просто не знают от чего отказываются! — выплюнув тростинку, ответил ей с не менее обворожительной улыбкой мужчина, — Между прочим, ты-то меня терпишь как-то, может тебе стать моей женой?

[indent]Леанвэн закатила глаза, едва не фыркнув.

[indent]— Светлый твой лик, Талион, — она театрально вознесла руки к стремительно темнеющему небу, — избавь меня от этой участи, — и опустила, повернув голову в сторону наёмника, — ты не в моём вкусе, друг, я предпочитаю более ответственных и серьёзных мужчин, — на её лице играла лёгкая ухмылка, а левая бровь была игриво приподнята.

[indent]Натаниэль схватился за сердце.

[indent]— Ах, Леанвэн, серпом по яйцам, кинжалом в сердце.

[indent]Они взглянули друг на друга и залились хохотом. В их отношениях — это нормальная ситуация. Натаниэль, несмотря на ворчливость старой бабки, слыл тем ещё сердцеедом и любителем острых ощущений. Он пытался подкатывать к ней ещё в Рейнфорде, но Каэлас, главарь банды, с которой в ту пору работала Айрилет, строго настрого запретил любые подобные отношения внутри своей группы наёмников. Но даже при запрете, Натан не мог отказать себе во флирте с молоденькой эльфийкой. Ответ Леанвэн с тех пор не изменился. Натаниэль хороший друг, они могут сколь угодно шутить, он может сколь угодно ворчать и пытаться подбивать клинья, но ответ эльфийки неизменен и она непреклонна. Но даже несмотря на личные предпочтения, она знала, что подобная связь — это клетка, из которой уже не будет выхода. Меньше всего она желала сказать «да», а спустя годы покинуть семью, оставив мужа и детей. Леанвэн ещё не готова к подобному развитию событий. Мир манит своей изменчивостью, а любопытство гонит её вперёд. Ещё столько историй не сказано и сколько песен не спето!

[indent]Но если отбросить романтический флёр, то… Леанвэн Валлатар не могла позволить себе иное. После того, как их осталось четверо — она, Каэлас, Натаниэль и Оуэн, её непричастность к борьбе осталась в прошлом. Культ Верениса забрал её друзей и товарищей, он унёс жизни невинных женщин и детей, их мужей, стариков, мирно доживающих свой век в ветхой деревушке. Всего одна ночь, которая разделила жизнь на до и после. Мариан погибла одной из первых — их следопыт, глаза и уши, она так любила своих собак, что буквально обезумела от горя, когда увидела их перерезанные глотки. Иронично, что свою смерть она нашла в их клыках, сомкнутых на её шее. Фред-эдолианец, человек с большим сердцем, он столько раз спасал их задницы и продумывал планы захвата лагерей и их обороны, что имя его стало нарицательным в их кругах. Он погиб в своей же ловушке, которую культ обернул против него самого. Шон был совсем юным, Каэлас подобрал его в Штормовых горах, когда тому было не больше шестнадцати. С тех пор он всегда путешествовал с ними. Ловкости его рук могли позавидовать циркачи и фокусники! Он погиб на импровизированном алтаре в центре деревни. Горькие воспоминания нахлынули также внезапно, как леденящий душу гнев. Леанвэн не боец. Даже её белое пламя не такое, как у паладинов, она способна исцелять раны, но не сражаться. И потому, когда она появилась в храме Болдуина и спросила с кем она может переговорить о работе, жрецы не сразу поняли, кто она такая и зачем пришла.

[indent]«Айрилет Маллен’бар… Ваш путь до нас был долог» — всё, что ей тогда сказали. От неё требовалось немного — собирать информацию и передавать её назначенному ей надсмотрщику. Их знакомство не было приятным, кажется, она даже слышала крики и ругань о навязанной «певичке». Хах! Знал бы он, что когда-то эти пальцы прожгли насквозь глаза каолтарскому налётчику. Посмотрела бы она на него после этих слов!

[indent]— Ты снова вспоминала их? — вклинился в её размышления Натаниэль.

[indent]Леанвэн кивнула, чуть натянув поводья, чтобы замедлить шаг.

[indent]— Да, мне их не хватает, — призналась эльфийка. Со временем она научилась говорить полуправду. Действительно, по Мариан, Фреду и Шону она скучала, их смерти заставили её пересмотреть своё нежелание работать на церковь Талиона. Она наивно полагала, что всё это останется в прошлом, что она сама себе хозяйка и будет делать только то, что сочтёт нужным, но та ночь… — долго ещё до Линдерли?

[indent]— Мы не поедем в Линдерли, — ответил Натаниэль, — мы срежем путь через Роанор Пайнс, оттуда ведёт прямая дорога через Ивовый мост в Ривершейд, если поедем вдоль реки, то выедем прямиком на дорогу через Пашни, а там до Веденбрука рукой подать, — объяснил наёмник, проведя пятернёй по коротко стриженным волосам пшеничного оттенка, — если хочешь, можем сделать крюк и заехать с Исбридский монастырь, местные могут предоставить нам еду и кров на ночь.

[indent]— Как-нибудь в другой раз, — отрицательно качнула головой Леанвэн, — быть может, на обратном пути?

[indent]Натаниэль кивнул, а Леанвэн отвела взгляд. Улыбка с её лица пропала. Её попросили как можно скорее проверить форты Эшфордской стены. Логичнее было бы начать с форта Вейлен или с Алнор Холд, последний даже предпочтительнее, но это будет странно, если их с Натаниэлем пути разойдутся у Пашен, а она поедет дальше одна до Сторожевого привала. В конце концов, юг этого королевства ей не был знаком и даже при наличии карты, легко заплутать в регионе, где много троп и рек. Перепутать нужную дорогу с другой — раз плюнуть. По этой причине, она поддержала Натаниэля в его желании навестить старшую сестру и её семью, привезти племянникам сувениры и помочь по хозяйству. Леанвэн рассчитывала, что ей хватит времени, чтобы обойти все три форта, вернуться в Веденбрук и оттуда с Натаниэлем вновь держать путь к столице.

[indent]— Стой, — наёмник резко остановился и схватил поводья лошади Леи, заставляя остановиться и её кобылу, — слышишь?

[indent]Эльфийка взглянула на спутника исподлобья, но прислушалась.

[indent]— Как-то тихо, не находишь? — вопрос был риторическим, но Натаниэль кивнул.
[indent]— Именно, держись ближе.

[indent]Они пришпорили лошадей и направились дальше по тропе, на которой прослеживались следы колёс от небольшого экипажа. Оба всадника миновали две высокие и тощие сосны, устремившиеся навстречу друг другу, будто их нарочно покосили, чтобы те образовали проход. Было прохладно, особенно в наступивших сумерках, а потому Леанвэн закуталась поплотнее в тёмный дорожный плащ. Её рыжая коса слегка подпрыгивала и ударяла по груди, скрытой за льняной рубахой и тёплым меховым жилетом из шкуры варга поверх кожаного корсета. Чем дальше они отъезжали от импровизированных «врат», тем тише становилось. Любые звуки будто растворялись в воздухе, оставляя лишь шум собственного дыхания и размеренный ритм биения сердца.

[indent]Через несколько минут они выехали к поселению, о котором говорил Натаниэль, но буквально сразу же наткнулись на карету и тех, кто из неё вышел.

[indent]— Добрый вечер, путники, проезжать будем?

[indent]Вопрос Натаниэля показался ей грубоватым, тем не менее, она была с ним согласна — экипаж перекрыл дорогу и на лошадях никак не объехать. Дорога предназначалась для одного экипажа и всадникам предлагалось ехать бок о бок, но вот объехать — нет, по обеим сторонам дороги росли густые заросли, большая их часть была ещё в снегу, а края дороги завалены невысокими сугробами.

Отредактировано Айрилет Маллен’бар (2026-03-12 22:02:48)