Что обычно делает человек, которого выкинули на свалку, точно ненужный мусор? Вероятно, первым делом встает на ноги, отряхивается от налипшей грязи и торопится как можно скорее уйти с траектории полета свежей порции отходов, которые кухонная девка по закону подлости станет лить на голову из первого попавшегося окна. Это в случае, если сначала сверху не полетит содержимое чьего-то ночного горшка.

Фэйтну за всю сознательную жизнь на помойку еще не вышвыривали, поэтому опыта в этой области у нее не было никакого. А вот что имелось, так это здравый смысл и осознание, что спокойствие в местах вроде того, где она по воле судьбы оказалась, не может длиться вечно, и пресловутые свежие отходы (или испражнения) непременно прольются на ее растрепавшиеся, но все еще относительно чистые волосы, стоит задержаться на месте дольше нескольких секунд.

Чутье не подвело. Едва с трудом продравшая глаза эльфийская леди приняла вертикальное положение и, подобрав невесомые шелка песочного цвета, перешагнула через объемную кучу гнилых капустных листьев, источавших непередаваемое амбре, из оконного проема дома, что нависал над свалкой, со звучным плеском полилась какая-то склизкая жижа. К уже имеющимся запахам в ноздри ударил чудодейственный аромат прокисшего горохового потажа, вынуждая непривычную к подобным ситуациям финансистку брезгливо спрятать точеный профиль в сложенных горстью ладонях. Только сейчас она заметила, что гостит в чудесном месте не одна: помимо по-хозяйски шныряющих в отдельных кучах мусора крыс, у кирпичной кладки обнаружился представитель сильного (и явно воинственного) пола. По виду такой же сбитый с толку, как она сама. 

Внимательнее вглядевшись в юное лицо, девушка узнала охотника на тварей, с которым имела счастье (или наоборот?) познакомиться нынешней зимой на далеком юге в обстоятельствах, далеких от нормальных.

"И что все это значит, позвольте спросить?".

Она шагнула назад, увеличивая дистанцию между собой и ближайшим окном - так, на всякий случай. Высокая каменная стена с амбразурами с противоположной стороны глухого тупичка намекала на то, что они с неожиданным соседом по свалке в настоящее время пребывали недалеко от городских ворот… чего? Фэйтна понятия не имела, что это за город, и как она в нем очутилась, но, похоже, это был не Дюнваль - а ведь последнее, что она помнила, был отъезд из родных пенатов как раз в Дюнвале.

"Однако".   

На поясе, где обычно уютно коротала время компактная дорожная сумка с монетами, ощущалась возмутительная пустота; запястья саднили и чесались - на одной руке вдоль проступающих сквозь тонкую кожу переплетений вен багровели в ряд четыре неглубоких ранки и еще одна чуть поодаль. Фэйтна поморщилась, опасливо коснувшись запекшейся крови, и взглянула на ведьмака, который, судя по всему, тоже чувствовал себя неважно. 

- Доброе утро?.. - с полувопросительной интонацией брякнула она первое, что пришло на ум. Вот уж воистину доброе.

Неуместный пассаж о замужестве Фэйтна великодушно пропустила мимо ушей, сосредоточившись на последующем наблюдении очнувшегося наконец ведьмака: по всему выходило, что он тоже не ведал, как они оказались в клоаке незнакомого на первый взгляд города. И вот это уже было из рук вон плохо.

Она отрицательно покачала головой вместо ответа и огляделась, оценивая шансы обнаружить поблизости потерянную сумку или на худой конец следы сопровождения, которое могло (должно!) бы у нее иметься. Увы, ни вещей, ни людей. Никого, кроме Рейневана, охотника на монстров, с которым ей довелось впервые столкнуться несколько месяцев назад в самом загадочном и страшном месте из всех, какие приходилось видеть прежде.

- Дерьмо, - будничным голосом отметила дюнвальская негоциантка, как нечто само собой разумеющееся, пусть и не слишком уместное для приличной леди. Добавить тут было нечего. 

В голове настойчиво свербела некая навязчивая мысль, но целенаправленно выхватить ее девушке все никак не удавалось. Как будто она забыла о чем-то, что критически важно было помнить. Какую-то крохотную деталь…

Она вновь неосознанно потерла кровавые следы на внутренней стороне запястья и опустила руки, размышляя, как лучше поступить. И если бы скользнувшая по правому бедру ладонь не нащупала вдруг скрытый под тонкой тканью сверток, пожалуй, пришлось бы разыскивать ближайших королевских стражей и пытать счастья, назвав свое имя. Разумеется, далеко не все и отнюдь не в каждом городе слыхали про "Счетный дом" Дуат’Реви, а все лучше, чем ошиваться на помойке без дела. 

Но сверток был на месте, и Фэйтна вздохнула с облегчением. Отправляясь в дорогу, она почти всегда зашивала в нижнем платье небольшой мешочек с серебром в качестве предосторожности - в пути всякое могло случиться. Благодарение Талиону, старая привычка нынче сыграла на руку.

- Отвернись-ка, - велела она юноше и сама проделала то же самое, разворачиваясь лицом к глухой стене.

Подобрав светлые юбки с нужной стороны, финансистка добралась до нижнего платья, вновь нашарила небольшую выпуклость и в несколько резких движений распустила шов, который удерживал на месте миниатюрный кошель с парой десятков монет. Не бог весть что, конечно, однако на первое время должно хватить.

Расправив платье, Фэйт отошла от сырых кирпичей и ступила в просвет, ведущий на мощеную камнем мостовую - подальше от ароматной дыры с крысиным пометом и гнилью.

- Пойдем, - на мгновение обернувшись, позвала она товарища по несчастью, - прогуляемся к центру города, отметимся в паре мест, может и разберемся, что это за край и какого дьявола мы в нем забыли.

И стоило лишь выйти за пределы тупичка, на путников тут же обрушился типичный уличный шум - словно перед полноценным приветствием город намеренно ждал, пока они очнутся. Вдалеке показались смазанные фигуры горожан, вдоль брусчатой аллеи на домах пестрели королевские штандарты, означавшие одно из двух: либо войну, либо большой праздник.

Фэйтна искренне надеялась на последний вариант.