Амелл не помнит свою жизнь до Твердыни Кинлох - она прибыла туда маленькой девочкой, как делали с любым ребёнком-магом. Единственное, что она знала - это то, что её семейство некогда владело титулом и богатствами в далёком Киркволле. Но разве это могло что-то значить для той, что оказалась в четырёх стенах, под стражей храмовников?
Единственной отдушиной для Амелл стал старший маг, Андерс. Она везде ходила за ним хвостиком, вечно порывалась сбежать вместе с ним, но Андерс уберегал её, отговаривал, и не даром - каждый его побег заканчивался возвращением в башню, где его ждала Амелл, верная подруга, которая хоть немного скрашивала его дни в заключении. В то время, как Андерс выбрал для себя целительство, сама Амелл больше сосредоточилась на боевой магии, считая, что та больше пригодится ей в реальной жизни. И не ошиблась ведь: пережив восстание Ульдреда и окончание Пятого Мора, Амелл присоединилась к Серым Стражам в Башне Бдения в эрлинге Амарантайн. Там же Амелл наконец пересеклась со своим старым другом, Андерсом. Старые чувства вспыхнули с новой силой, и девушка влюбилась в мага, которого не видела больше года - благо, тому повезло пережить ритуал становления и присоединиться к их честной компании. Они провели несколько чудесных месяцев вместе, прежде чем Андерс исчез - вместе с разбитым сердцем Амелл.
Амелл была предана Ордену, поэтому не отправилась на поиски Андерса и все эти годы провела в Амарантайне, отдавая всю свою душу борьбе с порождениями тьмы. Кто же знал, что в какой-то момент её первая любовь её всё равно отыщет...

[indent] Я ничего не знал о твоем существовании. Ты покинула родительский дом спустя три года после моего рождения. Когда тебе было десять, в тебе пробудились магические способности, и родители приняли решение отдать тебя в Круг. Мы жили очень бедно, и твоя отправка туда означала, с одной стороны, на один голодный рот меньше, а с другой — надежду на лучшую жизнь для тебя.
[indent] В Круге ты прижилась. Благодаря бойкому, твердому характеру и умению добиваться своего ты сумела развить магические способности, зарекомендовать себя как способную ученицу и найти хороших друзей. Лишь одного ты так и не смогла принять: ограничений, которые накладывал Круг, - запрета покидать башню, навещать семью и даже слать родным письма. Ты обсуждала суровые порядки с другими учениками, порой ссорилась с храмовниками и чародеями, открыто выражая недовольство, но до решительных действий так и не доходило. Ты с головой ушла в обучение и, несмотря на тоску по дому и родным, блестяще прошла Истязание.
[indent] Позже, когда началось восстание магов, тебе удалось сбежать из Круга. Но прежде, чем окончательно исчезнуть и начать новую жизнь, ты вернулась домой.
[indent] Ты едва дышала от волнения, ступая по узким, грязным улицам эльфинажа, которые после долгих лет в стенах Круга казались тебе одновременно знакомыми и чужими. Ты долго думала о том, что скажешь, как попросишь прощения за то, что не писала и не могла навестить родных. Как расскажешь обо всем, что происходило с тобой, а потом попросишь родителей поделиться всем, что случилось дома за время твоего отсутствия. Как увидишь, насколько подрос твой братишка.
[indent] А потом ты нашла обугленные балки.
[indent] От дома почти ничего не осталось. Только черные, покосившиеся останки сгоревших стен и пепел, смешавшийся с грязью и мусором.
[indent] В тебе еще некоторое время жила надежда, что с семьей все в порядке, что мы где-то там, в новом доме. Но, расспросив соседей, ты узнала: семья погибла в пожаре много лет назад.
[indent] Радостное, всепоглащающее предвкушение от встречи обернулось таким ударом, что едва не сломало тебя. Сложно сказать, что далось тяжелее - осознание, что вся семья погибла, или же то, что ты жила все эти годы, даже не догадываясь о случившемся.
[indent] Но вскоре ты узнала то, что подарило тебе надежду: твой младший брат выжил.
[indent] Соседи видели меня после пожара. Маленького, грязного, оборванного, среди таких же потерянных детей. Кто-то припомнил, что я некоторое время бродил по улицам эльфинажа, а потом исчез, но никто даже не пытался отыскать меня или взять к себе. «Себя бы прокормить», - отвечали тебе, и ты понимала, что не могла их винить.
[indent] Ты упорно отбрасывала мысль, что я мог давным-давно умереть от голода в грязных переулках Антивы. Надеялась, что меня все же кто-то подобрал. Что судьба, жестокая и равнодушная ко всем нам, хотя бы в этот раз оказалась не настолько безжалостной.
[indent] В каком-то смысле так и случилось.
[indent] Меня действительно подобрали - но не сочувствующие жители эльфинажа и не случайные добряки, а те, кто никогда не делает ничего просто так. Те, кто смотрит на детей с улицы не с жалостью, а с расчетом. Антиванские Вороны.
[indent] Первый год побега дался тебе тяжело: ты не только пыталась смириться с утратой, но и была вынуждена выживать, тщательно скрывая, что ты маг. Ты приспосабливалась, бралась за любую работу - то кухаркой, то служанкой в захудалых трактирах, то помощницей травницы. Но желание отыскать меня заставляло тебя идти дальше, не позволяло опускать руки даже тогда, когда казалось, что сил и надежды больше нет. Я был последней частичкой семьи - той, от которой тебя сначала отлучили, а потом и вовсе отняли.
[indent] Когда конфликт между магами и храмовниками закончился, ты не поддержала ни Круг Вивьен, ни Коллегию. Вместо этого ты выбрала свободную жизнь наемницы. Сильная женщина - уверенная в себе, упрямая, научившаяся добиваться своего красотой, угрозами или тем и другим сразу. После того, как ты вырвалась из Круга, ты больше никому не позволяла командовать собой или держать на коротком поводке. Ты сама выбирала, за какие дела браться, с кем идти рядом и когда исчезать без объяснений. Свобода стала для тебя не прихотью, а необходимостью: только так ты могла полностью посвятить себя поискам младшего брата.
[indent] И в 9:46 тебе наконец удалось меня найти.