[indent]Вишневые просеки кончились внезапно, а дорога, петляющая меж стволов деревьев, выровнялась, нырнула в низину и потянулась вверх, к пологим холмам, где властвовал ветер. Копыта лошадей выбивали с сухой земли пыль, которая тут же подхватывалась порывами ветра и уносилась прочь. Мелиса, как впрочем всегда, в седле держалась прекрасно, всем своим видом источая уверенность и собранность.
[indent]Спутники, чьих имен она даже не удосужилась запомнить, перебрасывались изредка парой-тройкой слов, но Велларин их беседа интересовала мало. Ее вполне устраивало, что у наемников хватало ума не лезть к ней с расспросами. Последний такой любопытный индивид остался в постоялом дворе минимум на неделю, дабы беспросветно дристать и проклинать тот миг, когда ему вздумалось стукнуть чародейку по заднице. А поскольку тогда она была в крайне скверном настроении, то на проклятие впрямь расщедрилась, потому в штанцах у бедолаги до конца его жизни уже ничто никогда не восстанет.
[indent]Воспоминание о мести сладенько грело где-то под ребрами, но сейчас эльфийку занимали куда более важные мысли: о руинах, которые искала, и о том, успеет ли она добраться до поселения к наступлению темноты, чтобы не застрять на дороге. Обещания помощи изначально оставались на уровне обещаний, и никому помогать, конечно же, она не собиралась. Последнее, что вообще взбрело бы в эту буйную рыжую головушку – всерьез собраться на охоту за какими-то богомерзкими созданиями, собрав при этом на себя все окружающее дерьмишко.
[indent]Истина была проста и цинична: Иса, вечно шныряющая в поисках старых манускриптов и прочих полезностей, добыла сведения об эльфийских руинах близ Чаячьего Приюта. Контракт, жалобы рыбаков – всего-то повод получить аванс, чтобы нанять сопровождение. Без сомнений, чародейка далеко не бедствовала, особенно со своим-то востребованным ремеслом, но грех упускать возможность приберечь свое добро. Уверена, за такую щедрость им непременно воздастся… Должен же кто-то оплатить даме безопасную поездку.
[indent]Вот пошли холмы, поросшие плотным, низкорослым кустарником и лавандой. Еще издали ветер донес ее густой, терпкий аромат, который здесь, в самой гуще, становился почти осязаемым. Он окутывал, тяжелел, смешиваясь с пряным духом розмарина, что рос тут же, серо-зелеными космами цепляясь за обочину. В иное время Мелиса, возможно, даже наслаждалась бы этой поездкой: лавандовое море колыхалось под ветром, меняя цвет от бледно-лилового у корней до густо-фиолетового на верхушках соцветий. Зрелище воистину завораживающее, но скривилась девица не красотам природы, а своим мыслям. Лишь бы не сел на хвост какой-нибудь конкурент.
[indent]Неширокая дорога вилась по самому гребню холмов, то поднимая вверх, к небу, то бросая вниз, в распадки, где ветер на миг стихал, чтобы в следующее мгновение обрушиться с новой силой, уже на открытом пространстве. В ложбинках попадались островки дикого терна и низкорослого боярышника, усыпанного белыми цветами, и от них тоже сладко пахло, перебивая лавандовую горечь. Чем дальше путь, тем явственнее чувствовалось дыхание моря. Ветер крепчал, становился порывистее, злее, срывал с соцветий мелкие лепестки, кружа их в воздухе.
[indent]И вот тут-то, посреди всей этой великолепной, дышащей солью и свободой красоты, возникла маленькая досадная заминка. Хотя маленькая – еще как посмотреть. Крупный коренастый мужик с бородой, один из двух нанятых Велларин амбалов, вдруг забеспокоился, заерзал в седле, а потом и вовсе спешился, буркнув что-то невнятное про неотложную нужду и скрылся в ближайших кустах можжевельника, которые жалобно затрещали, принимая его грузное тело. Прошло пять минут. Десять. Пятнадцать.
[indent]Мелиса сидела в седле, задумчиво разглядывая ноготь на мизинце – вчера она зацепила заусенец, и теперь это маленькое несовершенство раздражало ее почти так же сильно, как вынужденная остановка. Второй наемник, более жилистый и вертлявый, маялся рядом, переминаясь с ноги на ногу и бросая тревожные взгляды в сторону кустов, откуда не доносилось ни звука, если не считать подозрительного, едва уловимого бульканья. Вот кусты в данном случае и впрямь было жаль, однако чародейка больше сочувствовала себе любимой. 
[indent]Она вздохнула так глубоко и выразительно, что поймала на себе взгляд наемника, ответив ему не слишком-то добрым прищуром. Нет, в этот раз она была явно не при чем... Хотя порой казалось, что ее организм буквально способен вырабатывать яд в момент наивысшего негодования. Уж не сожрал ли кто этого идиота в кустах? К счастью, ветер дул в другую сторону, иначе даже сквозь розоцветную дымку собственных духов, что неизменно сопровождала ее, Мелиса уловила бы далеко не самые приятные ароматы.
[indent]Кусты можжевельника жалобно постанывали на ветру, но из их недр по-прежнему не доносилось ничего, кроме тех самых подозрительных булькающих звуков, которые дама предпочла бы никогда в жизни не слышать. Она сидела в седле с каменным лицом, лишь пальцы правой руки, все еще ковыряющие злополучный заусенец, выдавали степень ее внутреннего напряжения.
[indent]— Скажи-ка мне, любезный, — наконец процедила она, даже не поворачивая головы в сторону оставшегося наемника. Тот, кажется, уловил в ее спокойном голосе нечто зловещее, потому что заметно подобрался. — Твой товарищ всегда столь щедро удобряет окрестности или это исключительно сегодняшний сюрприз в честь моего приятного общества?
[indent]— Да он, эт самое, — мужик кашлянул. — Мы вчера сельди у знакомого выменяли, думали, знатная закуска под пиво, а оно вон как вышло-то…
[indent]Мелиса, наконец, соизволила повернуть голову и одарить наемника взглядом, от которого тот, кажется, пожалел, что вообще родился на свет. А потом вгляделась вдаль поверх его башки, туда, где дорога, вынырнув из очередного распадка, тянулась по гребню холма. На самой вершине, четко вырисовываясь на фоне бледного, выгорающего к вечеру неба, возник силуэт. О, ну конечно. Все преимущество бездарно просрано в самом прямом смысле этого слова, что и следовало ожидать. Кто бы это мог быть? Очередной охотник за легкой наживой, прознавший про контракт? Или просто путник, направляющийся к побережью? Впрочем, какая теперь разница.
[indent]— Как долго он еще…
[indent]Ворчание явно было риторическое, но едва ли это могло спасти ситуацию. Чародейка закатила глаза к небу, явно взывая к чему-то или кому-то, кто мог бы даровать ей терпение, которого от природы отпущено было маловато.
[indent]— Учитывая интенсивность этих звуков, я бы на твоем месте начала тихонько прощаться, — наемник аж немного побледнел, и Мелиса, несмотря на все свое раздражение, почувствовала мимолетное удовлетворение. — Вытаскивай его оттуда, живо. Пока к нам гости не пожаловали.
[indent]— А кто ж вас тогда охранять-то будет?
[indent]Мелиса прикрыла глаза и медленно досчитала до десяти. Получилось почему-то только до семи, ибо на восьмом терпение кончилось. Да я сама себя лучше охраняю, чем вы оба вместе взятые… Нанятые мной за хорошие деньги. Так еще и трачу время, пока этот сейчас высирает в кустах собственную душу. Ветер по-прежнему дул в другую сторону, и за это эльфийка была готова возносить хвалу кому угодно – хоть старым богам, хоть новым, хоть тому страннику, что подбирался все ближе.

Отредактировано Мелиса Велларин (2026-04-25 13:01:52)

[indent]Рейгара Мелиса приметила задолго до того, как тот подъехал совсем близко и остановил лошадь. Не узнать его было невозможно, даже если б очень захотелось – а ей впрямь хотелось. В последний раз она поклялась себе, что не станет искать встречи с тель'ареном. Да и с кем бы то ни было в принципе, если честно: мимолетные шалости, когда-то служившие неплохим лекарством от одиночества, перестали быть хоть сколько-то интересны. Вся ее прекрасная, выстроенная по кирпичику схема пошла коту под хвост, и виноват в этом, несомненно, был ведьмак, чья ухмылочка в этот момент казалась еще нахальнее, чем обычно. Бесы бы побрали это аномальное притяжение, возникавшее между ними каждый раз, стоило только Каморану оказаться в пределах видимости. Оно не спрашивало разрешения, не считалось с клятвами, которые она давала себе в минуты редкой и потому особенно злой откровенности.
[indent]Мелиса не понимала, как это назвать – проклятием, насмешкой богов или просто стечением обстоятельств, но факт оставался фактом: каждая их встреча неизбежно заканчивалась постелью. Вопреки правилу, которого Велларин придерживалась всю свою сознательную жизнь – никаких постоянных любовников, никаких повторений, ничего, что могло бы перерасти в привычку. Подобные вещи слишком часто влекут за собой привязанность, а привязанность это роскошь, которую темная чародейка не могла себе позволить. Слишком дорого и больно обходится такая слабость. Но вопреки отчаянному сопротивлению, в груди разливалось раздражающее тепло. Мелиса сжала ладонь в кулак так сильно, что ногти впились в кожу: физическая боль иногда помогала прогнать наваждение. Иногда.
[indent]Эльфийка молча наблюдала, как Рейгар разглядывает ее спутника, лошадей, дорогу, и снова ее. Взгляд ведьмака, скользнувший по разрезу юбки, тоже не укрылся от внимания, впрочем, чародейку это не слишком удивило: столь заметная деталь одежды в принципе имела свойство притягивать взгляды, и Мелиса давно привыкла к этой маленькой женской хитрости и ее последствиям. Но если наглых мужиков, пожирающих ее глазами, можно было приструнить проклятием или хотя бы парой ласковых, то в случае с Рейгаром это не имело ровным счетом никакого смысла. Все, что можно было разглядеть, он уже давно повидал, изучил и запомнил, причем не только глазами. От этой некстати подвернувшейся мысли внутри что-то привычно екнуло, и Мелиса разозлилась на себя еще сильнее, чем прежде.
[indent]Определенно, последнее, чего ей сейчас хотелось, так это доставлять тель'арену радость своей невообразимо колоритной реакцией. Пусть его появление застало ее врасплох, пусть внутри царила буря, снаружи должна была остаться лишь ледяная невозмутимость. Ну уж нет, на сей раз точно шиш. Кустов вдоль дороги хватало, но к счастью, один из них уже был занят горе-наемником с его злополучной селедкой, а значит, никаких страстных сюрпризов здесь сегодня точно не случится. Проклятый червяк! Почему нельзя было просраться где-нибудь в другом месте…
[indent]В перепалку Мелиса не вмешивалась, напротив: с самым безразличным видом уставилась куда-то в лавандовую даль, словно этот разговор не касался ее никаким боком. Даже бровью не повела, когда амбал послал ведьмака куда подальше, только краешек губ едва заметно дернулся. Пусть грызутся. Может, Рейгар прибьет этого болвана, и тогда не придется выкладывать остаток из своего кармана. В конце концов, из любого положения, даже самого скверного, всегда можно вытянуть пользу – старая истина, которую темная чародейка усвоила крепко.
[indent]Наемник снова открыл рот, явно намереваясь послать ведьмака еще дальше, но Мелиса наконец соизволила обратить свое внимание на эту сцену. Ее янтарные глаза встретились с яркими желтыми глазами тель'арена, и на мгновение мир будто замер, что, конечно же, только больше злило. Вся эта ситуация, ее собственная внутренняя реакция, которую она не могла контролировать. Велларин чуть скривила губы в усмешке, разглядывая ведьмака так, будто видела впервые. Будто не знала, как пахнет его кожа, как хрипло звучит голос в темноте, как эти самые желтые глаза темнеют от желания, которое он даже не пытается скрыть. Будто ничего этого не было, не случалось, не повторялось раз за разом, вопреки всем ее клятвам и здравому смыслу.
[indent]— Бедолагу прорвало в кустах, — скучающе произнесла она, явно не беспокоясь всерьез о столь деликатной проблеме наемника. — Будь любезен, милый, погляди, жив ли он там вообще. А то этот мой герой что-то застеснялся навещать товарища.
[indent]Она небрежно махнула рукой в сторону злополучного можжевельника. Взгляд при этом оставался абсолютно непроницаемым, но где-то в самой глубине янтарных глаз мелькнуло и тотчас погасло что-то похожее на вызов, короткая хищная вспышка. Мелиса и сама о ней догадалась, с прискорбием отмечая, что опять, как проклятая, начинает следовать сценарию, знакомому до оскомины. Сначала этот взгляд, потом какие-нибудь колкости, затем подходящая обстановка, и все покатится в пропасть. Ветер трепал ее рыжие кудри, выбившиеся из некогда аккуратного пучка, и в контрасте со всей этой внутренней лихорадкой его прикосновение показалось вдруг обжигающе холодным, заставив зябко повести плечами.
[indent]Наемник переводил растерянный взгляд с чародейки на ведьмака и обратно, явно не понимая, что происходит между этими двоими, но уже начиная подозревать, что его место в этой компании сделалось каким-то совсем уж шатким и ненадежным. Он еще раз глянул в сторону кустов, и, кажется, впервые задумался, правильный ли выбор сделал, согласившись на эту работу. Если его товарищ и жив, то радости от этого факта испытывает немного.

Отредактировано Мелиса Велларин (2026-04-25 13:00:31)

[indent]Мелиса закатила глаза в ответ на ухмылку Рейгара и проводила его снисходительным взглядом, пока тот не скрылся в зарослях можжевельника. Заявление ведьмака относительно платы за услугу было проигнорировано с особым изяществом: чародейка даже не потрудилась сделать вид, что это заслуживает ответа.
[indent]Следующие несколько минут эльфийка провела в компании второго наемника, который маялся рядом, переминаясь с ноги на ногу и бросая тревожные взгляды в сторону кустов. Сама чародейка сделала вид, что целиком поглощена умиротворенным созерцанием лавандовых полей и редких облаков на прекрасном небе. Она даже пару раз глубоко вздохнула, изображая абсолютную расслабленность, хотя внутри все кипело от любопытства и раздражения одновременно.
[indent]Когда ведьмак наконец выбрался из зарослей с видом бывалого знатока и принялся вещать о “плохих и очень плохих новостях”, Мелиса слушала его рассказ о дремучке и пустотнике с каменным лицом, изредка морщась то ли от ветра, то ли от обилия физиологических подробностей. История про укушенную ядовитой змеей задницу ничего, кроме глухого негодования, не вызывала. А посочувствовать она могла разве что себе, ибо из-за наемного дристуна пошли коту под хвост все ее дивные планы.
[indent]— За что мне это, — прошептала она, едва шевеля губами, и подняла глаза к небу, словно ища ответа у древних богов или кого бы то ни было еще. Небо, как обычно, хранило молчание.
[indent]Наемник (что пока еще в состоянии перемещаться на своих двух) в потоке отборных ругательств побрел выручать товарища, и Мелиса даже не попыталась его окликнуть. Она недолго провожала его взглядом, полным холодного презрения, ибо практически сразу вновь обратила внимание на ведьмака. Рейгар поглаживал лошадь чародейки, при этом хитро поглядывая на Велларин. Лошадь, кстати, явно все устраивало – надо же, хоть кто-то сегодня доволен.
[indent]— Как жизнь? — переспросила Мелиса, и голос ее зазвучал приторно-сладко, почти до зубного скрежета. — Еще недавно была прекрасна, но что-то пошло не так, — она наклонилась в седле чуть вперед и продолжила: — Милый, прежде чем мы продолжим этот увлекательный диалог, будь добр, забери мои деньги у идиота, который сейчас старательно выковыривает своего дружка из дерьма. Я, знаешь ли, не привыкла платить тем, кто не способен меня охранять, а эти двое свою полную недееспособность уже доказали.
[indent]Она изящно кивнула в сторону кустов, откуда доносилась приглушенная ругань и шум: похоже, попытки вытащить неподвижное тело пока не увенчались успехом.
[indent]— А ты, знаю, мужчина надежный. И деловой, — продолжила чародейка, выпрямляясь и вновь превращаясь в воплощение невозмутимости. — Так что деньги лучше доверить тебе, чем этим… — она чуть было не выругалась, однако сдержала сей порыв. — Свидетелям нашей встречи.
[indent]Эльфийка говорила и сама чувствовала, как все внутри корежит от необходимости быть любезной, когда так остро хотелось простого человеческого – что-нибудь уничтожить. Но Рейгар был нужен для дела, и эту мысль она очень медленно повторила себе аж несколько раз. Остальное можно ведь потерпеть, правда? В конце концов, Мелиса Велларин умела добиваться своего.
[indent]И вот теперь она сидела в седле, смиренно держа руки на поводьях, снова смотрела куда-то вдаль, где лавандовые холмы сливались с бледным небом. Ветер доносил до ушей обрывки ругани и тяжелое сопение:  вытаскивание наемника продолжало идти не по плану. Мелиса не оборачивалась, поскольку ей было решительно все равно, чем закончится эта эпопея. Главное, что деньги будут не у этих раздолбаев, а у того, кто хотя бы способен довести дело до конца.
[indent]Велларин вздохнула, прикрыла глаза и принялась ждать, хотя терпение у нее вообще-то было не самой сильной стороной. И вот тут-то, в этой вынужденной паузе, мысли сами собой свернули на знакомую тропу: несмотря на буйный нрав, эльфийка на самом деле не любила испытывать яркие эмоции, но раздражение на Рейгара было таким привычным, что почти уютным, и это бесило вдвойне. Сильное чувство, которое не поддавалось проклятиям, не перебивалось духами и не исчезало, стоило только развернуть лошадь и уехать в другую сторону. Она не хотела привыкать ни к чему и ни к кому. Но будто назло, ведьмак стабильно появлялся на ее пути, причем всегда в таких ситуациях, когда без него не обойтись, оттого приходилось стабильно созерцать его наглую ухмылку.
[indent]Когда тель'арен наконец вернулся с тем самым кошелем, Мелиса встретила его спокойным, ничего не выражающим взглядом.
[indent]— Считай это авансом за... Дальнейшее сотрудничество, — бросила она ровным тоном, даже не глядя в сторону кошеля.
[indent]Слово “сотрудничество” далось ей со скрипом – слишком деловым и уж слишком обязывающим оно было для их вечно хаотичных отношений. Но Мелиса справилась, даже улыбнулась краешком губ – той самой своей опасной улыбкой, которая говорила больше, чем любые слова. А то, что ей совсем не хотелось забирать монеты, которые побывали в руках человека, вытаскивающего из дерьма своего дружка-неудачника, – так, маленький невинный нюанс. Некоторые вещи лучше оставлять при себе.